| О многорукости |
[09 Jul 2009|01:49pm] |
Тем, кто не читал Логиновского "Многорукого бога Далайна" я, пожалуй, не рекомендую этого делать. Сюжет в книге есть, композиция почти не хромает, литературная вселенная выписана с потрясающей дотошностью и целостностью (чуть не написал "с концептуальностью"). Но пропитывающая все произведение социальная мизантропия в стиле "человек человеку волк", "толпа зла и невежественна", и, в конечном счете, "все зло от социализации", здорово портит впечатление.
Что в романе притягивает – так это удивительный мир, самой природой нарезанный на идеальные одинаковые квадратики и густо-густо заселенный. Квадратики тесные, маленькие, но людишками напичканы по самое не балуйся; у каждого в центре естественные же пещеры-хоромы... что там еще... забыл уже, несколько лет назад читал. Мир окружен непроницаемой стеной до самого неба, незанятые сушей квадратики заполнены кишащим монстрами океаном слизи. Такой вот универсум, небольшой: весь проходится за несколько дней пешком.
Сегодня я вдруг понял, что могло послужить прототипом для этих странных декораций. Садоводство! Шестисоточные наделы представляются несчастным дачникам средоточием их жалкого тесного мирка (в точности, как героям Логинова). Мизантропия автора становится в таком случае вполне объяснимой. Даже слизистому океану находится место: в конце романа суши становится значительно больше, океан усыхает до размера одного маленького квадратика. Кто видел в садоводстве пожарный водоем, тому достаточно.
Роман Логинова обретает, таким образом, неожиданный смысл. Это история о переселении из садоводства в нормальную человеческую деревню. Без монстров, с чистой речкой, с рыбой, которую можно есть и пр.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 26 комментариев]
|
| О модернизационном потенциале авторитаризма |
[03 Jul 2009|12:46pm] |
Это нехитрое рассуждение является ответом на расхожий мыслештамп (на однин его отпечаток мне как раз довелось не так давно наткнуться в личной беседе).
Речь шла о способности или неспособность демократического общества к серьезным преобразованиям и реформам. Произносились заезженные слова о том, что для осуществления определенных непопулярных меры только у диктатора хватит силушки. А демократический лидер схлопочет импичмент при преодолении невысокого болевого порога. Не перетерпит общество порога-от.( ... )
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 2 комментариев]
|
| Разгадки в темноте |
[02 Jul 2009|01:11pm] |
С детской моей загадкой аудитория справилась. Или почти справилась. Потому что вы, мои дамы и господа, уже взрослые. И совершенно не нужно доказывать это с помощью матюгов. Обсценно изъясняющихся в комментариях буду отлучать.
Действительно, ответ — сварщик. Или сварщег.
Выражаю респект всем нестандартно мыслящим. А именно, тем, кто сказал "фотограф" (впрочем, именно папарацци я подразумевал под "подлыми" профессиями); "регулировщик" (гм., не буду разжигать социальную рознь); "журналист" (ты рече, а я опять не буду разжигать); "стоматолог/отоларинголог/проктолог" (гм.); таинственный "оператор"; "уборщица" (социальная рознь уже и без меня разожжена); помянул медсестру, делающую укол "в верхний квадрант ягодицы". Далее следуют "парикмахер/гримёр/массажист" — ибо к ним клиенты повернуты спиной. Жаль, никто не назвал дирижера — но это уже был бы явный контрпример.
Всего тридцать семь ответов, ставки больше не принимаются, всем спасибо. Всем ответившим нестандартно — большое спасибо.
P.S. Комментарии раскрыл.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 3 комментариев]
|
| Загадку придумал... |
[02 Jul 2009|12:03am] |
...детскую. Правда, пара взрослых уже озадачилась.
Есть профессия на свете: не связана она ни с чем слишком неприличным, ни с чем слишком грязным, ни с чем слишком мрачным и ни с чем слишком подлым. Тем не менее, люди, увидев представителя этой профессии за работой, частенько отворачиваются и стараются глядеть куда-нибудь в другую сторону. Что это за профессия?
На всякий случай комменты скриню.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 38 комментариев]
|
| Странная дихотомия |
[25 Jun 2009|12:01pm] |
Интенсионал, содержание понятия, и экстенсионал, его означаемое, обычно рассматриваются более или менее как две стороны одной медали. Особенно это заметно в логике, где можно без ущерба для истины переходить от интенсионального контекста, выражаемого предикатами (например "быть умным человеком") к экстенсиональному контексту, выражаемому классами ("все умные люди"). У спора номиналистов и реалистов тоже два контекста, отсылающих к проблемам онтологической референции, соответственно, имен классов/множеств (экстенсиональный) и имен признаков (интенсиональный).
Обычно участники спора об универсалиях действуют в каком-то одном из этих контекстов. Это полагается вопросом личных предпочтений. Например, в зависимости от образования или профессиональной принадлежности: "Классики современного номинализма — это логики и математики. Поэтому современный номинализм является по преимуществу экстенсиональным, отрицающим существование классов и бесконечностей" ([1], с. 50). При этом легкость логического переключения между контекстами вызывает иллюзию инвариантности содержания дискуссии по отношению к двум на первый взгляд эквивалентным языкам, на которых ее можно вести.
Иллюзия эта разрушается при переходе от метафизического угла зрения к методологическому. Удивительным образом выясняется, что некоторые острые дискуссии, хотя и имеют непосредственное отношение к проблеме универсалий, связаны с конфликтом вовсе не реализма и номинализма (методологический потенциал последнего невысок), но двух контекстов реализма.
Два примера (на самом деле их больше).
1. Полемика вокруг группового отбора в биологии. Суть ее сводится к тому, что считать предметом отбора, что именно отбирается: группа (вид и/или популяция) или ген (информационная сущность, кодирующая часть наследственных признаков индивида ([2], [3])). Речь здесь идет именно о споре интенсионального реализма с экстенсиональным. Это спор об объектности: что считать объектом науки об эволюции жизни. Номинализм в этом споре попросту не принимает участия: отдельные представители живой природы совершенно точно не объектны с точки зрения эволюции. Объектом может быть или признак (ген, в сущности, нематериален: материальны лишь его многочисленные конкретные инстансы-экземпляры) или класс. Третьего не дано.
2. Первый пример был из области науки – но, заговорив о методологическом угле зрения, я очертил область интересов гораздо шире. Поэтому второй пример будет социально-политический: полемика о том, что делает народ народом (я выбрал из всех возможных синонимов самый "ненаучный"): генетическое родство или культурная идентичность. В блогосфере эта тематика получила известность, главным образом, благодаря интеллектуальному лидеру (одному из) русских националистов К. Крылову, защищающему первую из этих точек зрения. Не так прямо, как в случае с групповым отбором, этот спор тоже сводится к дилемме "группа или признак?". Фундаментальный метафизический характер придает дискуссии о сущности нации, и без того ведущейся на повышенных тонах, дополнительную остроту.
Мы замечаем, таким образом, что интенсиональный и экстенсиональный контексты относятся друг к другу не как эквивалентные языки описания онтологически тождественных объектов, но как качественно различающиеся методологические парадигмы. E.g. предпочтения одного контекста другому во втором из рассмотренных нами примеров может привести националистов к выбору совершенно разных социальных стратегий. Это кажется совершенно неожиданным, если исходить в выборе языка для обозначения универсалий из логики и точных наук, в которых два контекста представляются совершенно эквивалентными.
Впрочем, такой результат не вызовет удивления, если мы вспомним, что экстенсиональный и интенсиональный подходы отличаются степенью удаленности от номинализма. А именно, первый из них соответствует universalia in re, второй – universalia ante rem (и тем более in re). Т.е. речь на самом деле идет о споре между концептуализмом и платонизмом (понимаемым как universalia in re et ante rem) – никакой эквивалентности между ними нет и быть не может.
----------------
[1] Г.Д. Левин. Проблема универсалий: современный взгляд. Москва 2005
[2] Р. Доккинз. Эгоистичный ген
[3] В. Грант. Эволюционный процесс
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 31 комментариев]
|
| Голос э. п. Америки |
[22 Jun 2009|11:21am] |
Некоторые упрекают меня в германофилии, говорят даже кое-кто (православные девушки с длинными ногами и бездонными, как Селигер, глазами) будто я «онемечился» (стал немым? дудки). Нет, я не такой, я даже и в мыслях не держал. Ну есть кое-какие симпатии – но в целом я полностью и исключительно русский патриот и защитник гос. интересов. Особенно сегодня, когда мы вспоминаем, как шестьдесят восемь лет назад предмет моих невинных хоббистских симпатий поднял в воздух бомбардировщики и направил их на предмет моих искренних патриотических чувств.
Тем не менее, уроки из этого исторического события могут быть извлечены самые неожиданные. Англосаксонский листок с апокалиптическим названием «The Trumpet» протрубил начало ужасным политическим катаклизмам, увязывая их именно с историей российско-германских отношений. Здесь оригинал, здесь любительский перевод. Я выжму самую выжимку.( ... )
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 13 комментариев]
|
| О лифтах |
[19 Jun 2009|11:57am] |
В очередной раз наткнулся на сетующих о закупоренных социальных лифтах. Была-де легенда, что если в ночь на И. Купалу нырнуть Иванушкой-дурачком в Селигер, то вынырнешь непременно Иваном-царевичем. «Такой большой, а в сказки веришь...»
Селигерский миф умер, даже толком не родившись, а миф об Американской Мечте жив. Вот где лифты-то.
Вялые и невеселые размышления на эту тему приводят меня к вопросу о том, прав или неправ Переслегин (и другие прочие), почитая упадок демократии общемировым трендом последних десятилетий. Вопрос о всемирной закупорке лифтов из этой же серии: они наверное где-то заткнуты более плотно, а где-то щелей больше - но возникает ощущение того, что с исчезновением легкодоступных рынков вообще всякое (социальное, экономическое) вертикальное движение поутихло. Последними дармовыми рынками были постсоветские – и вот они почти иссякли. Теперь the poor stay poor, the rich get richer.
Я тут даже не хочу сетовать на переход американских элит к откровенно клановой системе власти (династия бушей, семья клинтонов). А вот взять, скажем, пресловутую «революцию топ-менеджеров», благодаря которой три-четыре высших руководителя компании могут получать больше, чем остальные десять тысяч сотрудников. Нездоровая вроде бы ситуация, но дело не в этом, а в том, как она вообще может возникнуть. Есть только два сценария, при которых работник получает такие ненормальные деньги. Либо это сверхценный специалист, которого окладом «привинчивают к месту». Либо это кормушка, которую свои организовали для своих. Спору нет, опытный и грамотный менеджер представляет немалую ценность, но второй вариант все же кажется более правдоподобным. На этот этаж никакие лифты не ходят. Не может быть никакого свободного конкурса на должности с такими окладами (и особенно легендарными бонусами). Единственное исключение — свадебная шелковая лестница им. Дж. Россини. Кормушка должна быть хорошо защищена, заглушка должна быть поплотнее трудно преодолимых, но все же реалистично выглядящих барьеров вроде элитного высшего образования и пр.
Дальше встают в высшей степени пикантные вопросы о том, как устроен этаж с кормушкой. По какому принципу подобраны люди? По происхождению? По убеждениям? По случаю? Но с этой темой лучше в ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/community.gif) conspirology, там самое место.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 17 комментариев]
|
| Схолия о рыбке |
[15 Jun 2009|12:52pm] |
Попросили написать схолию к последней заметке о рыбке. Видно, не удалось мне донести свою мысль, расплескал. Эссе-то было как бы о науке, а читатели подумали что о диавольских искушениях и о преодолении оных. Да кто я такой, чтобы об искушениях. Я все о старом, о наболевшем (здесь и здесь). Про рыбку, ясное дело, была дефиниция. А теперь опять будет финиция.
В нашей повседневной практике мы нечасто сталкиваемся с настоящим чудом. Лично в моей жизни такое было раза два. Но если считать что чудо - это попросту то, что вызывает чувство сильного удивления, то получится, что вещь-то это субъективная. Есть люди, которым по долгу службы положено постоянно удивляться - ученые, философы. У них не жизнь, а сплошная страна чудес. Прежде всего это относится к философам, которые должны признавать если не удивительным, то сомнительным самые основания мира (и спрашивать "как возможно...?"). Но это же верно (или должно быть верно) и в отношении любого естественника.
Иными словами, для ремесленника любая рыбка – не более чем килька. Для ученого любая рыбка – золотая. Неверно, что ученый не имеет дела со сверхъестественным. Со сверхъестественным не имеет дела бухгалтер. А ученый только сверхъестественным и занимается. Именно его трудами возникает естественное - это результат, не отправная точка. Ученый перерабатывает чудо в не-чудо, тем и живет.
Перед каждым, кто смотрит на мир с широко открытыми от удивления глазами, встает выбор, описанный в пушкинской сказке. Мир это чудо, весь мир, весь без исключения. Как ответить на его вызов?
1) Попросить корыто.
2) Склониться в изумлении и восхищении.
3) Заявить о своих властных правах, но не на материальные плоды Чуда (которые все суть корыта), а на Чудо как таковое.
Тут я должен бы умолкнуть и передать микрофон людям более сведущим в истории науки, в том числе не только той, которая реализовалась, но и той, ростки которой были затоптаны. Не "пробуждающейся науки" ван дер Вардена, а парадигм, так и пребывающих в состоянии дрёмы.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 43 комментариев]
|
| Три ответа рыбке |
[05 Jun 2009|03:24pm] |
Асу Пушкину стукнет завтра двести десять годочков. Я хочу в связи с этим продолжить тему, начатую год с небольшим назад здесь и здесь.
Как поступать человеку, изловившему золотую рыбку? Есть три варианта, по большому счету.
Можно попросить корыто взамен разбитого. И богатство, и социальный статус. В определенных пределах, которые будут четко очерчены ниже. Можно попросить простых и понятных благ – так и поступает мещанин. Слово "мещанство" употреблено не в исконном смысле слова, а в современном, в котором оно может сочетаться и с дворянством, и даже с духовенством ("не хочу быть простою мещанкой"... да нет же, хочешь, хочешь). Требование позолоченного корыта у могущественной, говорящей человеческим языком рыбки – реакция, недостойная высокого звания человека и отвратительная, хотя и естественная. Именно поэтому такое поведение и не наказывается пославшими Рыбку нездешними искусительными силами. Напротив, все желания старухи немедленно исполняются. Кстати, ни у кого нет сомнения в том, что дарительница корыт явилась именно искушать? Не запуталась же она, право слово, случайно в неводе, точно килька какая-нибудь!
Вариант поведения номер два. Не конвертировать сверхъестественное в естественное, наслаждаться им самим по себе. Удивление, восхищение, благоговение, страх от непосредственного соприкосновения с настоящим чудом столь велики, что у сколько-нибудь развитой личности о корыте и новой избе не заходит и речи. Человек уходит с морского берега, зная, что иное существует ("он рыбачил тридцать лет и три года, и не слыхивал, чтоб рыба говорила"). Это знание, от которого глупая старуха заслонилась корытом, стоит не только избы, но и, как минимум, столбового дворянства. Насчет царской короны не уверен: монархи тоже зачастую соприкасаются с запредельным, хотя и несколько по-другому. Поведение старика аттестует его духовно зрелым – это не может понравится невидимым хозяевам рыбки. Они терпят старика, но ничем его и не вознаграждают. Рыбак не оправдал их надежд.
Есть, наконец, третий путь, состоящий в том, чтобы увидеть в в сверхъестественном ином несправедливо отнятое своё. Не благоговеть перед неожиданно явленным чудом, а заявить на него права. Вспомнить предначальное состояние то ли самого себя, то ли человека вообще, когда до чуда можно было дотянуться рукой, когда оно было "везде, везде". Не выходит вспомнить – значит придумать. Выдумывание, говорят, тоже разновидность воспоминания. Тогда-то и звучит страшное:
Не хочу быть вольною царицей,
Хочу быть владычицей морскою,
Чтобы жить мне в Окияне-море,
Чтобы служила мне рыбка золотая
И была б у меня на посылках
Это уже не новое корыто, это запрос на изменение антропологического статуса. Чудо из инструмента удовлетворения потребностей само становится потребностью. Мы не знаем, как удалось старухе пройти непростой пусть от примитивных страстей до желания объять необъятное. Подозреваю, что не последнюю роль сыграла царская корона, оптические возможности которой не стоит недооценивать. У нас есть лишь косвенное свидетельство этого прогресса: мы замечаем изменения в поведении Рыбки, прозревающей в алчности старухи единственную форму скопидомства, не одобряемую искусителем. Чем больше хочет ненасытная баба от мира, чем дальше ее желания простираются за пределы простых мещанских радостей, тем мрачнее становится синее море, тем неизбежнее фиаско искусителя. Духи, решившие поддразнить человека Чудом, идут на попятный, испугавшись властно протянутой руки.
И мстят, страшно мстят, искажая события и перевирая предания. Ибо нет никаких сомнений в том, что пушкинская (и гриммовская) сказка записана со слов именно Рыбки, а не ее оставшихся у разбитого корыта марионеток.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 32 комментариев]
|
| С вами, прабхупада |
[04 Jun 2009|11:33am] |
Умиляют меня игрушки-стратегии своей прямотой и откровенностью:
Для развития Вашей империи необходимы единицы культуры. Их количество со временем увеличивается. С развитием Ваших зданий увеличивается прирост единиц культуры.
Производится в данной деревне: 71 единиц культуры в сутки
Производится во всех деревнях: 142 единиц культуры в сутки
В общем было произведено 457 единиц культуры. Для основания следующего поселения или захвата деревни требуется 500 единиц культуры.
Есть две точки зрения. Одна состоит в том, что есть правила перехода количества в качество и зависимости между количествами – и таким образом устроено все макросоциальное. Накопил 300 единиц культуры, 200 единиц каменного угля, понизил уровень интеллекта на 100, ухудшил мораль на 150 – теперь можешь строить дворец и объявлять себя Империей. Качество. Понятно, что параметров много, коэффициенты неизвестны и меняются со временем. Понятно, что есть и фактор шума. Но в целом, в среднем – все так.
И вторая точка зрения, согласно которой все эти закономерности ничего не стоят, потому что есть существенные качественные факторы, вообще не связанные ни с каким количеством. Не возникающие из количества и в него не превращающиеся.
Нужно ли развивать это противопоставление?
P.S. Я давно хочу выплеснуть на публичное обсуждение некоторые давно волнующие меня мысли и тексты, но ужасный цайтнот в остальных областях моей практической жизни не позволяет мне даже читать ЖЖ, не то что писать. Это временно.
P.P.S. О долгах своих я помню.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 34 комментариев]
|
| Алхимический Урал |
[01 Jun 2009|01:48pm] |
Пишет А.В. Парибок:
И когда Будда говорил, что хорошо - это плохо в смысле изменчивости, он не констатировал никакого положения дел, а предлагал людям переучиться: если тебе хорошо, не реагируй на это, как обыватель, не льни бездумно к источнику хорошего. Пусть для тебя в результате тренировки естественною, первичною станет новая реакция: психически отпрянуть от источника хорошего, не пристраститься к нему так же, как простой человек физически отшатывается от источника боли.
В других статьях и лекциях Парибок подробно развивает мысль о том, какую фатальную ошибку допустил Запад на своем пути в пучину гедонизма. Вместо того, чтобы поддерживать иллюзию благополучия разнообразными плодами технического прогресса, нужно было ее, эту иллюзию, осознать именно как иллюзию. Не опьяняться суетными удовольствиями, а сохранять по-буддийски трезвую голову. И т.д.
В результате успешного переучивания тот, кто последовал буддийским наставлениям, будет и к плохому относиться столь же рефлективно, как к хорошему или нейтральному; специфика отношения к плохому, как раз и делавшая его плохим для мирского сознания, будет устранена, а поскольку содержания у "плохого самого по себе" нет, то плохого для человека более не станет.
Мой комментарий.
Цивилизация начинается в тот момент, когда человек понимает, что его инстинктивные, животные представления о добре и зле недостаточны и даже неверны; когда выясняется, что без специальной теоретической подготовки неизвестно, что хорошо, а что плохо. Мистический Урал (к вершинам которого я тщусь воспарить) пролегает между культурным Востоком, обитатели которого, как верно заметил А.В. Парибок, твердо знают, что хорошее тоже плохо, и культурным Западом, полагающим, что плохое тоже хорошо. Я допускаю, что воззрения буддистов с трудом находят дорогу к нашим западным сердцам. Но точно также и на Востоке не могут понять западных взглядов.
Западная идея "плохое тоже хорошо" усвоена нами так плотно, что никто из великих не дал себе труда сформулировать ее в этом общем виде. А между тем, она "везде, везде". Я даже поспорил бы с тем, что своего апофеоза доктрина благого страдания достигает в христианстве. Почему, собственно, в христианстве, отчего не в дарвинизме? Разве не страдательность жизни движет ее развитием? Сюда же относятся Гегель, Адам Смит и вообще все, кто верят в саморегулирующиеся и саморазвивающиеся системы. Любой холизм зиждется на страдании, там его горькие корни. Зато сладкие плоды развешены под самыми небесами.
Понятно также, что понимание страдания как блага возможно только в рамках движения к какому-то идеалу, в рамках совершенствования в каком-то смысле этого слова. Западная мораль имеет смысл только ради движения вперед, к бесконечно удаленной цели. Взгляд же на благо как на залог грядущих страданий подходит для недеяния и нестремления. Вечный покой, на худой конец – движение по кругу. Усовершенствоваться, чтобы исчезнуть.
Далее, нужно заметить, что Восток принимает западную парадигму в качестве второстепенной, вспомогательной. Ибо в восточных адах страдания все-таки служат очищению кармы, т.е. благу (в некотором смысле этого слова). Точно также и Запад принимает в качестве второстепенной парадигму Востока, благодаря которой становятся возможными разнообразные аскетические практики. Обе цивилизации владеют всей полнотой двусоставной истины, различаясь лишь предпочтением той или другой половинки.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 9 комментариев]
|
| Реванш |
[30 May 2009|05:15pm] |
Эх, не увидел я эту шуточку перед 9-м мая, когда она была кстати. Ну не ждать же почти целый год.
Zwei alte Opa`s unterhalten sich über alte Zeiten: "Tja ja, damals. Wir waren ja auch nich feige: Ich hab zum Beispiel 1945 mit der Mistforke `nen Flieger runtergeholt!" "Vom Himmel?!" "Nee, von meiner Tochter..."
В переводе что-то вроде:
Беседуют два дедка: "в старые-то времена и мы не бастшуем айнтопф хлебали. Я, к примеру, в сорок пятом погаными вилами сбил лётчика!" "Что, с неба?!" "Да нет, с собственной дочери..."
Немецкий юмор - он весь такой. Дух нации реализовал себя в пивоварении и философии; на иронию осталось немного. Интересно, это какой Flieger имеется в виду? Я сначала думал, опять поклеп на русских насильников, но потом решил, что камень, скорее, в огород союзничков.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 3 комментариев]
|
| О мантрах |
[29 May 2009|12:39pm] |
Говорят, что когда в кулуарах советской власти принимали решение скрыть от народа тот или иной кусочек объективной реальности, то произносили дежурную фразу «народ нас не поймет». Не то чтобы непонятливость народа искренне объявлялось причиной сокрытия — просто проговаривали мантру, как Арджуна на поле Куру — и отдавали с чистой душой распоряжение. Знакомство с историей нашего ненаглядного вельткризиса убеждает в том, что в Америке тоже есть заклинание, произносимое в аналогичной ситуации. Там ведь не дураки сидят, в Сияющем Граде на Холме, понимают, что без некоторых мелочей не обойтись. Уже осенью 2007 американскому финансовому начальству была ясна вся глубина падения, а следующей осенью это понимание обрело уже предельную очевидность. Какие слова нужно произнести, если не хочется рассказывать демократической общественности печальные новости? Или если страшно снижать рейтинги у тех, кто ту биг ту фэйл? Правильно! «Это испугает потребителя». Эврика. Так можно скрыть все что угодно – ибо любая плохая новость приведет к падению спроса, а хорошие новости незачем и скрывать.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 5 комментариев]
|
| Тройственное |
[28 May 2009|01:06pm] |
Черновик, претензии по стилю не принимаются.
Заметка Ашкерова, в которой отечественные импортеры философии были поделены на франкофонов-либералов и германофилов-консерваторов, вызвала шумный резонанс: я сначала прочитал пяток отзывов на эту статью (которая, в свою очередь, сама есть отзыв на плач Кралечкина о засилье фашистов) и уж потом ее саму.
Я уже писал на эту тему, но прочищения собственных мозгов ради пройдусь еще раз по борозде.
Есть фундаментальная триада социально-философских парадигм, соответствующих трем составляющим знаменитого лозунга «Liberte, Fraternite, Egalite». Исторически вышло так, что Свободу оседлали англо-саксы, среди тех, кто обрабатывает идею Равенства, много французов (хотя их нельзя назвать монополистами), а идеологии Братства (и традиционные, и, наоборот, чертовски прогрессивные), производятся, главным образом, на заводах Германии – именно оттуда их импортировали в Россию.
Поэтому мне не очень нравится терминология Ашкерова: либерализм скорее развивают англоамериканцы (и разные англофильствующие австрияки), а не французы. А германское Fraternite совершенно не обязательно носит консервативный характер (e.g. Маркс).
Эти три парадигмы попарно друг друга исключают... бла-бла-бла... не буду вдаваться. Очевидно, что исключают. Свобода приводит к неравенству, равенство ущемляет свободу, братству имманентно присуще неравенство (всегда одни братья старшие, другие младшие).
И расширить эту троицу до четверицы не удается. Я не знаю почему. Никакой четкой комбинаторной структуры (тезис-антитезис-синтез, или, скажем, таблица два-на-два, где одна клеточка выпадает) в триаде не просматривается. Впрочем, я, возможно, плохо смотрю. Кто-то, может быть, припомнит мне мои собственные попытки скомбинировать две пары оппозиций: свобода-необходимость и общее-частное – и полный пшик, приключившийся в результате этой напряженнейшей деятельности.
Соответственно, история модерна разворачивается в виде поочередного опробования трех идеологических проектов. Братство уже было испытано и потерпело полное фиаско, напугав всех до смерти концлагерями и не сумев накормить джинсами шестую часть суши. Сейчас олимпийский факел более или менее в руках Свободы – и мы ждем не дождемся, когда она поскользнется и выронит его в грязь: мы уже знаем регулирующие механизмы разнообразных невидимых рук имеют свои области применимости и резервы прочности. Рано или поздно диктат свободы приведет к эскалации неравенства и небратства1 такой степени, что жить станет невыносимо. Третья фаза – эра равенства – еще не началась, но ее зародыши можно обнаружить вокруг, если присмотреться. Может быть, дети наши доживут до начала глобальной реализации проекта равенства. Будут их причесывать под одну гребенку и бить по рукам за любой выпендреж (что-то подобное мы-таки проходили, но локально и мимолетно).
На самом деле, все элементы идеологической триады представляет собой фундаментальные ценности, без которых общество попросту не может обойтись. Доминирование одной ценности над другими это всегда перекос... бла-бла-бла... уже писано и говорено. Поэтому вопрос должен состоять не в том, какой элемент триады следует предпочесть двум другим, а в том, как их все три скомбинировать вместе.
Я могу предложить вполне классический вариант решения этого вопроса, лежащий в русле представлений, общих для Ямвлиха, ап. Павла, Григория Паламы и др (трудно удержаться от того, чтобы попрожектировать). Следует разделить общество на его тело, душу и дух. Это привычная и понятная трихотомия, она везде, везде (я только терминологию употребляю не самую распространенную, павловскую). Даже пирамида Маслоу до какой-то степени следует этой структуре. К нижним, телесным её этажам относится все, что отвечает за удовлетворение базовых физиологических потребностей человека и поддержание его безопасности; экономика, силовые структуры и уголовный суд. Затем располагается политика, государственное управление, арбитраж, международное право. Третий этаж – сфера идей (культура в бытовом смысле), религия, государственная идеология, национальная идея etc.
Тогда идеальным общественным строем будет тот, при котором человеку в плане духа гарантирована свобода, в душевном плане – равенство (именно к этому этажу относится равенство перед законом), а в телесном плане все устроено более или менее по-братски. Что получается? Шведский социализм? Ну, как вариант. Такая трехчастная структура вообще допускает массу вариаций, ибо трехчленное деление общества отражает не только объективное положение вещей, но и в значительной мере волю того, кто это деление осуществляет. К какому слою, например, отнести голливуд (с маленькой буквы, нарицательный)? Одни скажут, что это промышленность, удовлетворяющая базовые потребности человека в зрелищах. Другие отнесут к духовному этажу (разве не являются фильмы проводниками определенных идей и ценностей?). Соответственно, от принятого решения будет зависеть, вводить или не вводить цензуру. Ну и т.д.
_________________________
1 Слово «несвобода» в русском языке есть, слово «неравенство» есть, а слово «небратство» самым печальным образом отсутствует. Мы еще не раз всплакнем об этом лингвистическом изъяне, если вовремя не возьмем на вооружение соответствующий неологизм.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 42 комментариев]
|
| Апология бабла |
[25 May 2009|02:10pm] |
Многие, видимо, обратили в свое время внимание на то, как ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) krylov с естественной для человека правой либерально-экономической позиции подверг бичеванию неприятную российскую действительность, а kroopkin еще потом долго топтался по этой теме, зачищая ее до блеска. Тема, таким образом, с правых позиций оказалась раскрыта. Интересна ли она кому-нибудь с левых позиций? Вообще-то, левизна лежит в гробу бледная и холодная. Целовать в губы страшно: может проснуться. На самом деле хотелось бы мне, чтобы через лет этак пять-десять, много пятнадцать, главнейшим вопросом социальной мысли был бы «как бы так воскресить левые проекты, чтобы они не превратились в тоталитарный ужас-ужас-ужас или застойное шайсе-шайсе-шайсе». Чтобы дубина всеобщего разочарования измолотила бы и правых тоже. Тогда единственным препятствием на пути к обществу с разницей между бедными и богатыми в три-пять раз (норма, которую, кажется, предписывал Платон) станет воспоминания не об экономических затруднениях СССР (ибо капитализм продемонстрирует свои собственные слабости), а об ужасе-ужасе-ужасе. Но это препятствие, на самом деле, преодолимое. Мечты, разумеется; едва ли левизне дадут второй шанс. Разве с того света увидим.
Все-таки в защиту бабла я скажу пару слов. Точнее, не системы плохо управляемой коррупции, царящей в современном нам государстве (ее ничуть не жалко), а сопутствующих понятий, попадающих заодно под раздачу. Под баблом krylov понимает деньги, защищенные статусом и социальным положением их обладателя. В «нормальном», либеральном капитализме любая собственность защищена, что делает само понятие бабла ненужным. А kroopkin так развивает дискурс, что получается, что бабло – это попросту коррупция, противозаконный союз денег и власти. Крылов копает глубже, зато позиция Крупкина лучше защищена. С Крупкиным не поспоришь — он избрал предметом исследования объективное социальное зло. Невозможно дискутировать, хорошо оно или дурно, можно только выяснять, как его бороть. Риторика же Крылова (если не сам он), отстаивает общелиберальный тезис о том, что неравенство в обществе должно определяться деньгами и более ничем другим. В этом тезисе целиком помещается либерализм, весь его закон и все пророки. И он не только не означает, что неравенство должно убывать или быть небольшим. Напротив, речь идет о том, что антагонизм между богатыми и бедными должен аккумулировать все прочие социальные противоречия (и, как следствие, этот антагонизм должен быть ого-го каким глубоким). Речь здесь идет о чем-то большем, чем просто равенство перед законом. Крылов описывает российский отвратительный экономический беспредел, но если продолжить его логику, можно прийти к требованию, согласно которому любой статус, прямо или косвенно влияющий на благосостояние субъекта, должен с лёгкостью конвертироваться в звонкую монету1. Вот, теперь вещи названы своими именами.
Памфлет о бабле обличает, таким образом, неравенство перед законом. Если речь идет о неписанных правилах, мы говорим о коррупции; случай, представляющий для П. Крупкина преимущественный интерес. Но в равной мере речь может идти и о писанных законах – это ситуация архаики, понимаемой как не полностью монетизированная социально-экономическая иерархия. Понятно, что такое «легальное бабло» (я продолжаю следовать грубоватой крыловской терминологии) не идет на пользу экономике общества потребления. И если мы ставим во главу угла темпы роста ВВП, то наш выбор – модернизация. Но я подрядился освещать тему с левацких позиций, поэтому во главу угла макроэкономические показатели я попросту не допущу.
Вместо этого замечу, что наличие натуральных (не финансовых) статусов в обществе может не способствовать коррупции, а наоборот, препятствовать ей. Этот факт лежит в основе многих успешных антикоррупционных мер: в Европе (в Штатах, видимо, тоже) государственный служащий, ушедший на покой, имеет высокую пенсию и всеобщее уважение. Высокая пенсия, как и отчуждаемое ленное право, как и кормление (это есть такой термин), как и местничество, как и всякая подобная рента – есть благо натуральное, нелиберальное. Ибо пока полицай отрабатывает эту свою суперпенсию, она не конвертируется здесь и сейчас в деньги. О глубоком уважении и говорить не приходится (немалая, кстати, ценность для пожилого человека).
Разумеется, либеральные взгляды не дают европейцам как следует развить эту методологию (возродить средневековое юридическое понятие привилегии, или даже ввести сословное деление). Понятно, тем не менее, что только на этом пути лежит решение проблемы «как добиться того, чтобы мент с окладом в пятнадцать тысяч добросовестно контролировал деятельность миллионеров, непрестанно шелестящих купюрами перед его носом». Это достойный внимания парадокс: в одних условиях «бабло» (или родственный ему онтологически немонетарный социальный статус) равносильно коррупции, а в других оно приводит к торжеству законности.
Нужно (в который раз) строить общество, в котором наличные деньги не будут главной ценностью. Но только теперь это положение вещей будет вызывано не слабостью монетарной экономики (как во времена господства натурального обмена), а политической волей. Общество, в котором будут возможны самые разные формы неравенства, различающиеся степенью своей инерции. Деньги порождают зло вследствие своей высокой отчуждаемости. Их легко вынуть из кармана — и легко заставить вынуть из кармана. Это хорошо, когда нужно купить пирожок. Но во многих других случаях необходимо защитить человека от обратной стороны отчуждения (все-все-все, я сейчас остановлю этот фонтан марксизма). Как это было в Советском Союзе... «машина государственная, квартира государственная» etc. Возможны, разумеется, вариации на тему. Отрицательные стороны – см. выше. Экономика перестанет расти экспоненциально (что ничуть не страшно; страшна, наоборот, экспонента во всех ее проявлениях) и – тоталитарный ужас-ужас-ужас, да. Возможность избежать последнего нуждается в очень серьезных и солидно выглядящих теоретических обоснованиях – прежде чем за дело браться, рукава засучивать. И тут нужен новый Маркс (по масштабам воздействия на мозги).
Да, специально для тех, кто станет меня уверять, что на демократическом Западе и так нет никакой коррупции. Именно ей, родной, вызван нынешний вельткризис. Просто в развитом капиталистическом обществе коррупция концентрируется не в дорожной полиции (хотя и там, по слухам, бывает разное), а в структурах, например, отвечающих за выставление кредитных рейтингов, создание банковской отчетности, аудит и пр. Где-то закон нарушался напрямую, где-то лоббисты принимали неработающие дурацкие законы (особенно это касается правил бухгалтерской отчетности, позволяющей придумывать и рисовать почти какую угодно норму прибыли). Именно злоупотреблениям в финансовой системе СШэпА мы и обязаны всем этим бардаком. Мало того, что мы – сами же Штаты и обязаны. Вот что забавно-то.
Далее, устройство, при которой финансовое неравенство 1) является единственным возможным в обществе, и 2) его масштаб при этом измеряется многими порядками – представляется мне не сильно лучшим массовой коррупции.
Кстати, я аплодировал стоя промелькнувшему недавно гениальному (как я понял, шутейному) предложению учредить наследственную боярскую думу с жалованием, пропорциональным среднему уровню жизни в стране. Вот это Институционализм с большой буквы, это я понимаю.
_________________________
1 Не стану претендовать на точное выражение позиции К. Крылова. Где-то в другом опусе он одобрительно отзывается о системе, в которой социальный статус определяется не заработанными деньгами, а деньгами рода, унаследованными богачом от предков (чем древнее, тем лучше). Это, в сущности, то же бабло и есть, только с рыцарским флёром. В советское время умели писать недурные книжки о классовой сущности мафии – объясняли, что мафия есть пережиток феодализма в капиталистическом обществе. Чистая правда. Бабло, которое так не по нраву нашим правым, есть попросту рецидив тех старых добрых порядков.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 21 комментариев]
|
| О лёгкости |
[20 May 2009|01:57pm] |
Жить хорошо и жить легко суть разные вещи. Если правда то, что о кризисе говорят пессимисты (я буду до самого конца этой заметки предполагать истину именно пессимистических прогнозов), весь более или менее цивилизованный мир очень долго жил легко. Золотой миллиард жил легко и хорошо, крупные города в России жили легко и так себе, глубинка Российская жила легко и очень плохо. Легкость достигается малой разницей между тем, что можно получить, не прилагая усилий, и тем, ради чего нужно обливаться кровавым потом да к тому же быть счастливчиком. Разумеется, речь идет об общей картине, из которой немало исключений: и в Америке есть воплощение Американской Мечты Б. Гейтс, и в России кто-то пробивался из грязи в князи – но в целом, выбор, быть или не быть бандитом, определял возможности развития чуть менее, чем полностью. При Путине стало как бы лучше, при Ельцине было как бы хуже. Но не тяжелее. Тяжелее было существовать/экзистировать, но не жить экономической жизнью. Возможно, исключением были первые четыре-пять постсоветских лет, когда на фоне общего запкстения все время мелькали какие-то возможности.
И вот теперь экономические пессимисты убеждают нас (многих уже убедили), что все радости послерейгановского периода суть незаслуженные, ненастоящие, недолговечные, и в добавок достались в долг, который еще предстоит выплачивать. А им отвечают – да не было у нас никаких радостей, не наши это долги. Мы в этой вашей глобальной пирамиде ниже плинтуса глинозем хлебали. Ан нет, могли бы ответить пессимисты (может и отвечают, да я не слышал). В долг было приобретено не процветание (которое было не у всех), но лёгкость жизни. Возможность целыми индустриями производить гэджеты, которые неизвестно, раскупятся в должном количестве или нет. Сидеть на мизерной зарплате, зависящей косвенно и опосредовано от мировых цен на нефть. Придумывать дорогостоящие технологии, которые неизвестно когда отобьются. Наполнять мир менеджерами, менеджирующими непонятно что и непонятно зачем. Ведь так весь мир жил. Америка эту моду придумала, Европа ей подпевала, Китай вакханалию обслуживал, Россия ей слепо подражала, да еще и превзошла, как обычно, учителей. Всех кинули, всех подставили, втянули в нечто грязное, неаппетитное, малоприятное – и как вдруг неожиданно оказалось — к тому же запретное, греховное и наказуемое.
И вот все это заканчивается: скоро жить станет тяжело. То есть, к примеру, люди, занимающиеся каким-то делом, должны будут дважды подумать, кому будут нужны плоды их трудов. По-настоящему нужны, а не ради каприза. А молодой человек, выбирая себе стратегию обучения, будет пытаться получить те навыки и знания, с которыми он будет кому-то интересен. От человека будет зависеть больше – но не только от него, а и от обстоятельств непреодолимой силы.
А в остальном все может остаться на своих местах. На Западе будет жить хорошо и тяжело, в Москве и С.-Петербурге – плохонько и тяжело, в остальной России – невыносимо и тоже тяжело.
Жить легко, когда место в Системе выдается бесплатно. Но может быть ситуация, когда человеку придется крутиться волчком только только ради того, чтобы вокруг него просто была Система.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 9 комментариев]
|
| Неполиткорректное |
[19 May 2009|02:11pm] |
Представители виртуального гражданского общества обсуждают вопрос langobard'а, пропагандирует ли власть и ея телевизер сталинизм или не пропагандирует. Как обычно, не не могут согласиться, прав или не прав был ВВП, назвав развал СССР главной геополитической катастрофой XX века. В ужасе закрыл страничку: выразить не могу, какую лютую зевоту вызывает у меня эта флеймообильная леденящая мозги дискуссия. С некоторых пор я реагирую на нее единственным образом: задаю вопрос, заставляющий даже самых активных спорщиков на пару секунд замолчать. А именно: если два газенвагена, полные удушаемых газами мучеников концлагерей, столкнутся на полной скорости – будет это грандиозная автомобильная катастрофа или нет? Как там у Березина... простите, если кого.
P.S. Не ищите в этом вопросе моделей и аналогий. Это просто способ перевести тему на газенвагены.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 9 комментариев]
|
| Обложили |
[18 May 2009|11:20am] |
Вчера посмотрел в семейном кругу фильмец «Население 436» — видимо, такие принято называть триллерами. О тихом фермерском поселении где-то в американской глуши, где всегда проживает 436 человек, потому что, во-первых, они там все сбрендившие на нумерологическом мистицизме религиозные фанатики, разыгрывающие в лотерею повешение при рождении очередного ребенка, а во-вторых, какая-то инфернальная сила им в этом помогает, подстраивая автокатастрофы каждому, кто пытается покинуть городок.
Где-то на половине фильма я вспомнил, что когда-то уже смотрел его (или дежа вю). Забавно, что после тогдашнего, первого просмотра, никаких мыслей в голову не пришло. Но вчера у меня были некоторые основания для компаративистики: меня около года назад ознакомили с «Детьми кукурузы» С. Кинга. Там было то же самое дурацкое сочетание: община религиозных фанатиков и (как будто этого недостаточно для ужастика) вселившийся в неживую природу самый настоящий бес.
Больше того, я припоминаю еще несколько фильмов, раскрывающих тему тихого омута, в котором водятся провинциальные черти. В одном из этих опусов мужья из какого-то очень патриархально выглядящего местечка превращали своих жен в роботов – чтобы лучше себя вели. Трудно придумать более прозрачную аллегорию закрепощения женщины.
В общем, все эти фильмы выглядит приступом фобии горожанина в отношении села. Цивилизованный, эмансипированный, вольнодумный город чувствует рядом с собой присутствие консервативной, пуританско-религиозной, раздражающей и даже пугающей своими высокими нравственными стандартами глубинки. Не глубинки – Глубины, из которой горожане с таким трудом выбрались, и куда так боятся соскользнуть обратно. Уж сколько тот же Кинг эксплуатировал этот образ — а Кинг знает о страхах всё (во всяком случае, всё, что можно продать). Если он раз за разом поселяет своих героев в Небольшом Городке – то можно не сомневаться, Небольшой Городок таит в себе угрозу сам по себе. И чем благопристойнее он выглядит, тем сильнее горожанину хочется его демонизировать.
Это интересное явление, было бы любопытно узнать, существует ли оно где-то помимо Америки. Мне кажется, европейскому горожанину может быть свойственно недолюбливать деревню, задирать перед деревней нос, но едва ли он станет испытывать перед ней страх. Русские, похоже, в этом отношении вполне европейцы: москвичи могут испугаться плохих дорог и лихих людей замкадья, но образ благопристойного внешне и полного колдовской скверны сибирского старообрядческого поселка не приходит им в голову. Систематически, во всяком случае. В России горожанин боится – города.
Тут можно было бы порассуждать о том, что избыток территории в СШэпА явно играет на руку Небольшому Городку и его недоброй магии: глубинка берет не числом, так весом необъятных своих территорий: они везде, везде, со всех сторон обложили. Можно призадуматься и об особенностях истории, спасших Россию от ужаса перед собственной деревней — но эта тема, боюсь, уж слишком флеймоемкая для моего политкорректного и умеренного журнальчика.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 74 комментариев]
|
| Срок жизни |
[15 May 2009|02:46pm] |
Возник случай вспомнить русскую народную сказку (или целое семейство родственных сказок), в которых фигурировали печальные лесорубы: им осталось жить совсем недолго, ибо они почти дорубили лес, почти выполнили свое предназначение. Иван-царевич по пути домой бросил гребень — и вырос новый лес; мужички сразу приободрились. Некоторые злословили тут по поводу чьи сказки воспевают лень и воровство ("послал царь сыновей украсть молодильные яблоки"). Я, однако, многих и невыдуманных людей знаю с менталитетом тех дровосеков: кончится работа, кончится и жизнь.
К чему я это? ninaofterdingen связала среднюю скорость общественных процессов с численностью населения. Закономерно связала, не поспоришь. В комментарии zhelanny вопрос обрел свою предельную форму:
...вот у идеи есть некая длина жизни, зависит ли она только от времени или же от количества людей, которые актуализируют потенциальную идею, дают ей себя проявить и полностью раскрыться?
На самом деле, в той личной беседе, в которой Нина сформулировала свой тезис, он у нее звучал более общо (и оттого совсем по-другому). Речь тогда шла вообще о социальных процессах, о ходе исторического времени. В этой формулировке имело смысл подсчитывать количество связей в социуме, оценивать эффективность коммуникаций (которые зависят от технического уровня, а тот тоже зависит от численности, ее концентрации, урбанизации и пр.). Опубликованная в журнале Нины формулировка со сроком жизни идей — это некоторый новый, родственный, но отдельный тезис. И более спорный.
Идея (или "идея" в кавычках) подобна компьютерной программе. Она должна отработать. В самой идее многое заложено. Например, в ней заложено, должна ли она отработать и взорваться, самоуничтожиться, или отработать и остаться навечно (надолго) надзирать за процессом. Может также быть заложена реакция на те или иные внешние события. Может быть даже заложена конкретная дата перезагрузки. Зачем, как вы полагаете, свидетели Иеговы несколько раз объявляли точную дату конца света? Одни и те же грабли - несколько раз. Подходит час Ч, все на взводе - а конец света не наступает. И за несколько дней половина иеговистов покидает организацию. А за следующую неделю - половина оставшейся половины. Не было ли это запланировано нарочно, чтобы обновить кровь? (В ЖЖ специальный термин есть - френдоцид)
С другой стороны, чтобы идея отработала, ей нужна рабочая среда i.e. люди. Если их много, работать вроде бы легче. Но не всегда. Если поменять процессор на более быстрый — начнут ли быстрее работать программы? Некоторые начнут, некоторые не начнут. Тут еще от самой программы зависит.
Как там с точки зрения Общей Теории Эгрегоров?
Как-то вот так.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 53 комментариев]
|
| Рацпредложение |
[12 May 2009|03:49pm] |
Если бы я был голливудский продюсер, то я-таки был бы богаче всех голливудских продюсеров то я бы не снимал ни сиквелов, ни приквелов. Рискованное это дело, всегда есть опасность, что продолжение или предыстория принесет меньше дохода просто из-за смены актерского состава. Мастера развлекательного дела припоминают случаи, когда картина неожиданно для критиков выезжала за счет персонажей второго плана, не попадающих в продолжение по сценарным соображениям. Опять же, ни одного серьезного героя толком не убить: могут понадобиться в сиквеле. А ведь для эффекту как хочется убить-то! Авторитет смерти в нынешнем синематографе серьезно поколеблен: зритель знает, что в следующем фильме может воскреснуть даже отморозок, упавший с километровой высоты с вертолета («Адреналин 2»). Приквелы тоже редко удаются, «Звездные Войны» суть исключение, подтверждающее правило (эписодии 1-3 действительно были задуманы во время съемок эписодия 4-го).
А снимал бы я, мои дамы и господа, вместо сиквелов и приквелов — альтернативные версии. С теми же актерами, с тем же персонажами, с прежней интригой — но с новыми ситуациями, новыми этическими оценками героев, с новой неожиданной концовкой. Тот же «Адреналин 2» можно было бы снять с чистого листа, как будто не было никакого «Адреналина 1», вышло бы только лучше. Вместо кучи разнообразных «Пиратов Карибского Моря» я снимал бы один и тот же фильм — и счастливо избежал бы натяжек, с которыми одни «Пираты» стыкуются с другими. Новые интриги, новые декорации, возможно даже новая жанровая принадлежность — всё ради того, чтобы герои снова знакомились бы друг с другом, были бы вынуждены вновь разгадывать друг друга, влюбляться и жениться. Женитьба в художественно литературе — ослабленная версия убийства: персонаж умирает для романтики, перерождается во что-то скушное и асексуальное. У Честертона герои всегда женятся в финале, это потому что ГКЧ жалко было их убивать. И какой после женитьбы сиквел?! Тем более, приквел: «дорогая, у меня до тебя были еще Катя, Маша, Рэйчел и Эбигэйл...» Тьфу! А заменишь лирического героя — есть риск недополучить сборов. Зато в альтернативной версии — хоть Абигаль пожени с Рахилью.
Зритель, конечно, поначалу будет в непонятках. Но ему растолкуют. Там такие растолковыватели, в этом Голливуде... Золотое дно я изобрел, по-другому не скажешь. Это, кстати, не первая моя рацуха для синематографа (первая вот здесь). Такса обычная, беру 15% с чистой прибыли.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 22 комментариев]
|
| Дары Морфея. Любовь как двигатель прогресса |
[10 May 2009|12:08pm] |
Приснилась под утро свеженькая гносеомистическая теория, до сих пор под впечатлением хожу.
Каким-то образом мне достались во сне секретные мемуары протоиерея Иоанна Мейендорфа. Этот чрезвычайно важный текст содержит описание пределов, положенных свыше естественным наукам, а также метод, позволяющий эти пределы благополучно преодолеть. Читать пришлось торопливо, ибо за мемуарами охотились уже спецслужбы мировой закулисы и нужно было книжечку где-то попрятать — но перед этим непременно ознакомиться с содержанием.
Так вот, прот. Иоанн объясняет, что в основании всякого знания лежит скрытая персонификация. Давно прошли, пишет он, времена, когда раскаты грома приписывали Зевесу, бури Посейдону и пр. Тем не менее, ход мысли никуда не делся и мы до сих пор умеем замечать в природе только те явления, которые имеют легко прослеживающиеся аналогии в общественной жизни. Скажем, всякие классификации легко даются нам именно потому, что мы на собственной шкуре усвоили отношения подчиненности, родства и пр. Обмен электронами в химии, распад атомов в физике, сила притяжения в механике — все это хорошо понятно нам постольку, поскольку мы хорошо знакомы с отношениями обмена, со смертью и разложением, с притяжением учеников к учителю в нашей обыденной жизни (эта фраза — без ретуши). Всюду, где речь идет о взаимодействии каких-либо объектов, мы воображаем живых людей, вступающих в естественное для человеческого социума взаимодействие. Происходит это неосознанно (и почему православных мыслителей всегда тянет в психоанализ). Даже наиболее продвинутые главы физики элементарных частиц полны социального параллелизма (приводит примеры из физики микромира, кристаллографии и неизвестных мне разделов органической химии). Также приводит цитату из какого-то конспекта по физике, где преподаватель, шутя, живописует проникновение диверсанта-нейтрино в хорошо защищенное ядро атома (за что во сне купил, за то наяву и продаю).
Таким образом, сфера познаваемого совпадает со сферой персонифицируемого. Мы можем успешно изучать лишь то, чему удается подобрать примеры в общественных отношениях. Все остальное как раз и соответствует трансцендентному миру вещей в себе. Это не наша вина, это наша беда: уж так мы познаем мир, по-другому просто не можем.
Развращенность века сего, таким образом, оказывает влияние и на развитие естественных наук, прежде всего физики. Ученым под силу исследовать лишь то, на что они с легкостью проецируют свой социальный опыт (далекий от совершенства и полноты). Посмотрим теперь, из чего состоит современная науке: распад атомов (уныние); безудержный экспансионизм дарвинизма, расширение Вселенной (алчность); идея антиматерии, ускорители, предназначенные для разгона вещества до опасной для его бытия скорости (гнев); сильные, слабые и пр. взаимодействия в физике (блуд) и т.д.
Физика очевидно зашла в тупик, исследования становятся слишком дорогими, теории слишком абстрактными и трудно верифицируемыми. Причины этого лежат в личных качествах физиков, чьи знания о лучшей половине человеческой души, о добродетелях, весьма неполно. Мейендорф не выражает сомнений в ценности уже сделанных открытий, он лишь объясняет, что это только половина знания, одна сторона медали. Наша беда в том, что мы, изучая мир элементарных частиц, совершенно забываем о евангельских нормах человеческих взаимоотношений и не ищем их ни в себе, ни в окружающем мире. А вот как начнем искать, так и заиграет для нас пространство и время новыми красками: будет нам и телепортация, и холодный термояд, и что пожелаешь.
И дальше пятьдесят страниц о свойствах Любви и о том, как важно видеть ее в неодушевленном мире.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 85 комментариев]
|
| Мои поздравления |
[09 May 2009|09:38am] |
Дорогие товарищи,
Сегодня мы отмечаем один из важнейших светских (и советских) праздников в году: день Победы Человека над Сверхчеловеком. Из зала, я слышу, кричат: «не пиши: Сверхчеловек: но яко сам рече: Сверхчеловек есмь». Нетушки, quod scripsi, scripsi. Еже писах, писах. Победа над самозванцем не стоит того, чтобы праздновать ее аж в следующем тысячелетии; то был именно Сверхчеловек в одном из своих многочисленных отвратительных воплощений.
С каждым годом мы замечаем, что по мере того, как умирают один за другим ветераны, как растут и мужают не знавшие советской власти дети, как затеваются государствами новые войны — конкретно-исторический смысл праздника размывается и бледнеет. Тем четче и рельефнее должен стать его универсально-метафизический смысл. Один раз в год мы вспоминаем не только о том, что мы, человеки, лучше и чище Сверхчеловека: в этом изначально не было ни малейших сомнений. Но, более того, мы еще и сильнее его. Мне кажется, это хорошая пропорция: триста шестьдесят четыре с четвертью дня на преодоление сверхчеловечности в самом себе и один день на воспоминание о победе на ней же — в Другом.
С Днем Победы, дорогие товарищи.
По этой же теме в прошлые годы: здесь и, особенно, здесь.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 29 комментариев]
|
| Понимание |
[07 May 2009|01:02pm] |
Торопливый автоконспект, шпаргалке на заметку.
Термин «понимание» перегружен, причем, возможно, перегружен сильнее, чем мне дано увидеть.
Первое значение, дидактическое — может бесконечно варьироваться. Даже если реальность одна, даже если язык один, даже если культурное окружение одно и то же, пропедевтических, образовательных парадигм может быть много. И различаются эти парадигмы именно разным пониманием понимания. Главная демаркационная линия — между Востоком и Западом (я ее называю «культурным Уралом»). В любом случае предполагается, что понимание — это высшая степень усвоения знания. Последнее можно и в рот взять, и проглотить, но пока оно не переварилось и не всосалось, чего-то не хватает.
Тут самое время вспомнить анекдот про технаря, которого спросили, что такое интеграл. Ответ гласил: «я сначала не знал, а потом привык». Я думаю, что одни припишут технарю понимание интеграла (коль скоро он корректно использует эту непостижимую загогулину), а другие усомнятся в понимании. И те и другие будут правы, лишь бы им найти в себе силы последовательно держаться своего мнения.
С моей точки зрения, (образовательное) понимание есть предельно систематизированное знание. Знание, в котором все взаимосвязи частей известны. Нужно отчетливо понимать, что все связи между элементами реальности постичь нельзя, реальность слишком сложна. А все связи между кусками какого-то конкретного знания о реальности постичь можно, потому что все это богатство специально и создается, чтобы его постигли полностью, hundertprozentig.
Можно сказать, что знание подобно обладанию всеми кусочками пазла, а понимание — обладанию сложенным пазлом.
Второе значение слова «понимание» — гносеологическое. Об этом значении лучше всего говорить с пьяными физиками-теоретиками, которые по трезвянке занимаются струнами и частицами, а под мухой начинают противоречиво и сбивчиво рассказывать о своем понимании и непонимании устройства Мироздания. ( ... )
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 21 комментариев]
|
| Без головы |
[05 May 2009|02:11pm] |
По причинам, понятным моим постоянным читателям, один раз в год, перед Девятым мая у меня происходит сезонное обострение интереса к зороастризму. Как к цивилизационному началу, разумеется. Что с того, что на глобусе нет зороастрийской цивилизации: во-первых она-таки когда-то была, во-вторых к исторической и вероучительной памяти этой религии до сих пор обращаются те, кого по каким-то причинам не устраивает другие имеющие хождения идеологические штаммы и штампы. В третьих, дуалистическое мировоззрение реализует некоторую парадигму примирения должного с сущим, возникающую неизбежно, я бы даже сказал, комбинаторно (по этому поводу, очень схематично, см. вот здесь). Тут, как с торговым знаком: кто застолбил раньше, того и тапочки. Времена безудержного теоконструирования закончилось вскоре после завершения осевого времени; всякий, кому по душе дуалистическое мировоззрение, сверхчеловековость, сила и справедливость вместо жертвенности и милости — воленс-неволенс будет обращаться к партикулярной, произвольно-конкретной специфике зороастризма. Это что еще, у некоторых православных вообще аллергия на ладан. Ничего, терпят как-то, кларитин глотают. Прочно застыла глина обряда, но вино идеалов только крепчает с годами. ( ... )
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 17 комментариев]
|
| Гриппозное |
[04 May 2009|02:28pm] |
Вирус свинячьего гриппа содержит в себе не только генетический код, но и культурный:
Мексиканский производитель "мыльных опер" TV Azteca убрал из сценариев сериалов сцены поцелуев и нежных прикосновений после того, как на съемочных площадках телекомпании был зафиксирован случай заболевания свиным гриппом.
Я знаю, какую меру нужно немедленно принять: следует переписать сказку Г. Х. Андерсена «Свинопас». Содержащиеся в этом опусе сцены продолжительных лобзаний с потенциально инфицированным лицом являют собой очевидную угрозу общественному здоровью.
Конспиролог emdrone интересуется знать, как грипп связан с мировым кризисом. Ответ emdrone не всякому покажется правдоподобным, но сам вопрос о взаимосвязи того с другим действительно витает в воздухе. Я, повинуясь наитию, задал его еще в октябре, задолго до того, как первый свинопас заразил этой дрянью первую принцессу. Вот здесь. Мой ответ, разумеется, тоже никуда не годился (теперь это вполне понятно). Но само возникновение на горизонте любвеобильного свинопаса, такое своевременное, так красиво вписывающееся в контекст момента, не может не вызывать мучительных спазмов межушного нервного узла.
Е.В. Хаецкая, меж тем, написала гриппозный стишок. Жизнь, худо ли, бедно, продолжается.
|
[Добавить эту заметку в избранное]
[Оставить комментарий]
[Читать 12 комментариев]
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
|
|
|
|
